Раз я сказала это слово – придется разбираться до конца.

Мотивация. Сколько раз я видела, как все дискуссии по поводу изучения языка, с чего бы они ни начинались, приходили к одному и тому же завершению: способы и ухищрения без толку, если нет мотивации, и – то же самое в обратном порядке — если мотивация сильна, способ не имеет значения.

Я предлагаю разобрать этот конструктор и взглянуть на его части отдельно. Я хочу обнаружить две самостоятельные сути, чтобы не смешивать их и не множить бессмысленные банальности.

Мотивация – это важно. Методы, способы и секреты изучения – это важно. Одно следует за другим, а потом закольцовывается и дает двойной поток инерции – либо, наоборот, двойной удар по тормозам.

Корень мотивации – это вопрос: «Зачем ты учишь (хочешь выучить) английский язык?» Ответы типа «Для работы» неинтересны: они не конечны и не имеют связи с внутренним миром человека. Это отговорки. Часть людей останавливается на них, принимая их за реальность, — и потом волочит на себе неподъемный груз. Тяжесть эта легко объясняется: они, в первую очередь, и работать-то совсем не горят, не то что дополнительные усилия прикладывать. Ими ничего не движет, они пытаются ворочать махину сами – и закономерно выбиваются из сил.

На прошлой неделе я вскользь упомянула о едином происхождении слов «мотивация» и «эмоция» — и с удовольствием повторюсь: мотивацией может стать только эмоция, потому что именно она является единственной движущей силой всех поступков человеческой личности. Первичный заряд любопытства и волнительного предвкушения облезет быстро, как загар. Поэтому если мы впрягаемся в процесс, который отнимет у нас много времени и сил, нам надо знать, где лежит запас эмоциональной подпитки, которая потребуется нам в пути.

За последние лет двадцать-тридцать в обществе произошла удивительная метаморфоза в ответе на этот вопрос, которая одновременно наводит ужас и открывает пути к спасению. Я родилась еще в Союзе и застала те времена, когда изучение английского языка стояло в одном ряду с освоением чего-то другого полезного, сложного, редкого и в какой-то мере элитарного. Не все учились играть на фортепьяно. Не все занимались фигурным катанием. Не все учили иностранный язык вообще. Далеко не все учили английский. Да, он всегда выделялся по уровню популярности, потому что география его практического применения всегда превосходила все остальные языки, но учиться в специальной французской школе было не менее престижно, чем в специальной английской.

А потом все вдруг стало голубым и зеленым. СССР открыл границы, и это произвело немалый фурор на несколько поколений людей, живших по обе стороны этих самых границ. Однако это событие, несмотря на его отдельную грандиозность, стало лишь частью глобального мирового процесса, в котором английский язык явно вырвался в мировые лидеры. Из объекта научного интереса и личных предпочтений маленького класса людей он превратился, в повседневную необходимость человека практически любой профессии практически во всем мире.

Суммарный ответ нового времени на вопрос «Зачем тебе английский язык?» звучит так: «Не хочу быть (выглядеть) идиотом» (я не грублю и не шучу, это прямая цитата от многих моих студентов и людей, обратившихся за консультацией). Владение английским языком получило четкое место в жизненном плане людей, которые стремятся прожить жизнь в примерном «среднем классе». Для натур, желающих вписать свое имя в историю, язык стал обязательным. Для кого-то он стоит рядом с получением водительских прав, для кого-то – рядом с организацией международной экологической миссии… Английский язык должен просто быть – и все, и точка. Ни за чем. Потому что мы теперь так живем. Можно обходиться и без него (как и без машины, как и без участия в международных проектах), но жизнь обязательно поставит нас в условия, когда нам станет жалко, что его у нас нет.

Это очень серьезное изменение, потому что из необязательного аксессуара вроде сумки от Шанель – он является «обязательным» для узкого круга лиц – владение языком перешло в разряд базовых потребностей, регулируемых мощной внутренней мотивацией: «Хочу быть, как все». С одной стороны, тут и пригорюнишься: получается, что язык чуть ли не навязывается таким положением дел, а с другой – тут и найдешь ресурс. Принадлежность к огромному миру, населенному людьми, которые свободно путешествуют, растут в своей области, обучаясь у лучших преподавателей со всего мира, получают гранты на свою работу от международных институтов, завоевывают иностранные рынки со своим товаром, наслаждаются культурным наследием самых разных эпох и регионов, организуют колоссальные международные акции, дружат с людьми самых разных национальностей, — это ОГРОМНАЯ мотивационная сила. Учить язык из стремления принадлежать к такому миру невыразимо легче, чем из любой утилитарной надобности! Да, язык требует больших усилий, но сколько он дает! Никогда раньше он не давал СТОЛЬКО.

Я знаю людей, которые влюбились в контактную импровизацию – и вот уже лет 10 они ездят по всему миру, собирая воедино потрясающий танцевальный, жизненный и преподавательский опыт. Я знаю людей, которые влюбились в playback театр, – и делают то же самое. И это лучшие люди, которых я знаю! Но мало этого: ветеринары, стоматологи, стилисты, дизайнеры одежды и интерьеров, повара, экологи, психологи, люди любых профессий, которые страстно интересуются своей работой, открыто говорят, что рост в их профессиональной области абсолютно невозможен без владения английским языком, без отслеживания мировых тенденций, без посещения отраслевых конференций и обмена опытом с коллегами.

Потому что мир сейчас находится в таком состоянии, что если его не объединять целенаправленными человеческими усилиями, он развалится к чертям и довольно быстро. Важно быть вместе. Важно понимать и быть понятым. Язык – это только один из способов, английский язык – только один из языков, но миссия его в современном мире уникальна.


Like, share, repost. Peace, love, smile. Learn.